Проект
Коммунизм - будущее человечества



Разделы

  • Книги
  • Публицистика
  • Фотоальбом
  • Тексты песен
  • Гостевая книга
  • Книги: Ф. Энгельс Диалектика природы


    Ф. Энгельс Диалектика природы


  • Содержание
  • Диалектика и естествознаниe
  • Роль труда в процессе очеловечения обезьяны
  • Естествознание в мире духов
  • Старое предисловие к «Анти-Дюрингу». - О диалектике
  • Примечания к «Анти-Дюрингу» 1878 г.
  • Старое введение к «Диалектике природы» 1880 г.
  • Заметки 1881—1882 гг.
  • Общий характер диалектики как науки
  • Основные формы движения
  • Мера движения — работа
  • Приливное трение
  • Теплота
  • Электричество
  • Диалектика в современном естествознании
  • Из «Людвига Фейербаха» 1886 г.
  • Карл Шорлеммер 1892 г.
  • Приложения
  • Примечания
  • Список цитированных произведений
  • Предметный указатель
  • Именной указатель
  •                                                 ИЗ «ЛЮДВИГА ФЕЙЕРБАХА»

                                                                        1886 г.


    [Люди, взявшие на себя в пятидесятых годах в Германии роль разносчиков дешевого материализма, ни на шаг не пошли дальше своих учителей. Все новые успехи естественннх наук служили им] лишь новыми доводами против существования творца вселенной. Да они и не имели никакого призвания к дальнейшей разработке теории. Идеализм, премудрость которого к тому времени уже окон-чательно истощилась, и который был смертельно ранен революцией 1848 г., имел по крайней мере то утешение, что материализм пал еще ниже. Фейербах был совершенно прав, отклонив от себя ответ-ственность за этот материализм; ему лишь не следовало смешивать учение тогдашних бродячих проповедников материализма с матери-ализмом вообще.
    Но около этого самого времени эмпирическое естествознание достигло такого подъема и добилось столь блестящих результатов, что не только стало возможным полное преодоление механической односторонности XVIII столетия, но и само естествознание, благо-даря доказательству существования в самой природе зависимостей и связей между различными областями исследования (механикой, физикой, химией, биологией и т. д.) превратилось из эмпирической науки в теоретическую, становясь благодаря обобщению полученных результатов системой материалистического познания природы. Механика газов <благодаря Лавуазье>; новосозданная органиче-ская химия, научившаяся получать из неорганических веществ так называемые органические соединения и устранившая благодаря этому последний остаток загадочности этих органических соедине-ний; датирующая с 1818 г. научная эмбриология, геология и палеон-тология; сравнительная анатомия растений и животных — все эти отрасли знания доставили новый материал в необъятном количестве. Но решающее значение имели здесь три великих открытия.
    Первым из них было доказательство превращения энергии, выте- кавшее из открытия механического эквивалента теплоты (Робертом Майером, Джоулем и Кольцингом). Теперь было доказано, что все бесчисленные действующие в природе причины, которые до сих пор вели какое-то непонятное и таинственное существование в виде так называемых сил—механическая сила, теплота, излучение (свет и лучистая теплота), электричество, магнетизм, химическая сила со- единения и разложения — являются особыми видами, формами суще-ствования одной и тойl же энергии, т. е. движения. Мы не только можем показать происходящие постоянно в природе превращения энергии из одной формы в другую, но мы можем даже воспроизвести иx в лаборатории и в индустрии так, что некоторому количеству

    215

    энергии в одной форме соответствует всегда определенное количе-ство энергии в той или иной форме. Таким образом мы можем вы-разить единицу теплоты в килограммах и т. д. и единицы любых количеств электрической или химической энергии выразить в едини-цах теплоты, и наоборот; мы можем точно так же измерить количество энергии, полученной и потребленной каким-нибудь живым организ-мом, и выразить его в любой единице — например в единицах теплоты. Единство всего движения в природе теперь уже не просто философское утверждение, а естественно-научный факт.
    Вторым — хотя по времени и более ранним — открытием яв-ляется открытие Шванном и Шлейденом органической клетки, как той единицы, из размножения и диференцирования которой воз-никают и вырастают все организмы, за исключением низших. Только вместе с этим открытием стало твердо на ноги исследование органи-ческих, живых продуктов природы — как сравнительная анатомия и физиология, так и эмбриология. Покров тайны, окутывавший процесс возникновения и роста и структуру организмов, был сор-ван. Непонятное до сих пор чудо предстало в виде процесса, про-исходящего согласно тожественному по существу для всех много-клеточных организмов закону.
    Но при всем том оставался еще один существенный пробел. Если все многоклеточные организмы—как растения, так и животные, со включением человека — выросли каждый из одной клетки по закону клеточного деления, то чем же объясняется бесконечное разно-образие этих организмов? На этот вопрос дало ответ третье великое открытие: теория развития, впервые систематизированная и обосно-ванная Дарвином. Какие превращения ни предстоят в будущем этой теории в частностях, но в целом она уже и теперь решает рассматрива-емую проблему более чем удовлетворительным образом. В основных чертах указан ряд развития организмов от немногих простых форм до все более разнообразных и сложных, как мы наблюдаем их в наше время, кончая человеком; этим дано было не только объясне-ние существующих представителей органической жизни, но и зало-жена основа для предыстории человеческого духа, для изучения различных ступеней его развития, начиная от простой, бесструктур-ной, но испытывающей раздражение протоплазмы низших организмов и кончая мыслящим человеческим мозгом. Без этой предыстории существование мыслящего человеческого мозга остается чудом.
    Благодаря этим трем великим открытиям основные процессы природы объяснены, сведены к естественным причинам. Здесь остает-ся добиться еще только одного: объяснить возникновение жизни из неорганической природы. На современной ступени знания это озна-чает попросту возможность изготовить белковые тела из неоргани-ческих веществ. Химия все более и более приближается к решению этой задачи, хотя она и далека еще от этого. Но, если мы вспомним, что только в 1828 г. Велер получил первое органическое тело, моче-вину, из неорганических веществ, если мы обратим внимание на то, какое бесчисленное множество так называемых органических соеди нений получается теперь искусственным образом без помощи каких бы то ни было органических веществ, то мы не решимся, конечно, утверждать, что белок является непереходимым барьером для химии. В настоящее время она в состоянии изготовить всякое органическое

    216


    вещество, состав которого она точно знает; лишь только будет точно известен состав белковых тел, химия сможет приступить к получе-нию живого белка. Но требовать от химии, чтобы она дала в мгно-вение ока то, что самой природе, при исключительно благоприятных обстоятельствах, только на отдельных планетах удалось сделать по-сле миллионов лет — это значит требовать от нее чудес.
    Таким образом материалистическое мировоззрение в наше время несомненно более обосновано, чем в прошлом столетии. Тогда —до известной степени исчерпывающим образом — было объяснено толь-ко движение небесных тел и движение земных твердых тел, происхо-дящее под влиянием тяжести; почти вся область химии и вся органи-ческая природа оставались таинственными и загадочными. Теперь вся природа лежит перед нами как некоторая система связей и про-цессов, объясненная и понятая по крайней мере в главных чертах. Материалистическое мировоззрение означает просто понимание при-роды такой, какова она есть, без всяких посторонних прибавлений, и поэтому-то это материалистическое мировоззрение было перво-начально у греческих философов чем-то само собой разумеющимся. Но между древними греками и нами лежит более двух тысяч лет идеалистического по существу мировоззрения, а в таком случае воз-врат даже к само собою разумеющемуся труднее, чем это кажется на первый взгляд, ибо дело идет не о простом отвержении всего теоретического содержания этих двух тысяч лет, а о критике его, о вылущении из преходящей идеалистической формы ценных резуль-татов, добытых в рамках этой ложной, но неизбежной для своей эпохи по историческим условиям формы. А как это трудно, доказы-вают нам те многочисленные естествоиспытатели, которые в пределах своей частной науки являются беспощадными материалистами, а вне ее не только идеалистами, но даже благочестивыми, правоверными христианами.
    Все эти эпохосозидающие завоевания естествознания прошли ми-мо Фейербаха, не задели его глубоким образом. Ответственность за его ошибки падает единственно на жалкие немецкие отношения, благодаря которым профессорские кафедры исключительно замеща-лись ничтожными эклектическими крохоборами, между тем как Фей-ербах, бывший бесконечно выше всех этих крохоборов, тупел и кис-нул в деревенском захолустьи. Этим и объясняется, что когда он касается вопросов естествознания, то — за исключением отдельных гениальных обобщений — он так часто должен довольствоваться бел-летристическими фразами. Так, например, он говорит: «Конечно, жизнь не есть продукт какого-нибудь химического процесса, вообще не есть продукт какой-нибудь отдельной силы природы, или явления, как это думает метафизический материалист в своем сведении к этому жизни; она—результат всей природы». То, что жизнь есть ре-зультат всей природы, нисколько не противоречит тому обстоятель- ству, что белок, являющийся исключительным, самостоятельным но-сителем жизни, возникает при определенных, даваемых всей связью природы, условиях, но возникает все же как продукт химического процесса. <Если бы Фейербах жил при таких условиях, которые позволили бы ему хотя бы поверхностно следить за развитием есте-ствознания, то он никогда не стал бы говорить о химическом про-
    цессе как о действии одной изолированной силы природы.> этому

    217

    же одиночеству следует приписать то обстоятельство, что Фейербах
    ударяется в бесплодные и бесцельные спекуляции насчет отношения мышления к мыслящему органу, мозгу – область, в которую за ним так охотно следует Штарке.
    Как бы то ни было, Фейербах восстает против названия «материализм». И не без основания, ибо он не может освободиться окончательно от идеализма. В области природы он материалист. Но в обла-сти человеческой...
     



    По всем вопросам пишите : kubinets@mailru.com